Исламский словарь не отличается энциклопедичностью

06.12.2017 21:44:34
Исламский словарь не отличается энциклопедичностью


Духовное управление мусульман (ДУМ) РФ вместе с Московским исламским институтом и Казанским федеральным университетом в рамках финансируемой из бюджета программы подготовки специалистов в области ислама выпустило энциклопедический словарь "Ислам в Татарстане", ставший седьмым изданием такого типа. Главным редактором серии словарей является первый зампред ДУМ РФ Дамир Мухетдинов, а составителем и ответственным редактором конкретного тома прописан казанский историк Айдар Хабутдинов.

В коллектив авторов словаря вошли многие серьезные ученые, как российские, так и зарубежные. Естественно, что в словаре есть много интересного. Но одной важной вещи в нем нет – логики. Энциклопедии и энциклопедические словари имеют существенное отличие от сборников статей. При их подготовке нужно составить логичный словник – например, в энциклопедии российских городов следует не забыть упомянуть все города и предусмотреть в зависимости от их размера или известности объем статей. И вот эта тонкость категорически не дается редакторам энциклопедических словарей по исламу. В томе "Ислам в Татарстане" отсутствие внутренней логики заметно особенно сильно. Так, Татарстан славится большим количеством известных мечетей, одна из которых – Кул Шариф – стала его символом. Но статьи про нее мы в словаре не найдем, хотя казанская мечеть Марджани удостоилась даже двух статей – "Мечеть Марджани" и "Мечеть Марджани в советский и постсоветский период". В разделе "Мечети Казани" описано ровно 11 мечетей, которых распределили не по алфавиту, а по внутренней нумерации дореволюционных времен. Больше достойных упоминания мечетей в Татарстане авторы словаря не нашли, хотя ранее отдельно писали о мечетях, например, Вольска и Хвалынска.

Крупнейшим муфтиятом в России по количеству зарегистрированных приходов является ДУМ Республики Татарстан, которому авторы словаря уделили только полстраницы, а вот давно ликвидированной паломнической организации "Идель-хадж" отвели страницу. Еще больше внимания было уделено экстремистской секте файзрахманитов, но вот статью про Совет муфтиев России, который ранее включал в себя Казанский муфтият, а сейчас является соучредителем Российского исламского университета и Болгарской академии, в словник включить забыли. Не повезло и одному из крупнейших в России издательств религиозной литературы – "Хузуру", – хотя дореволюционной книготорговой фирме Каримовых выделили две статьи.

Столице Татарстана в словаре посвящена единственная статья "Казань средневековая", историю же этого города после XVI века, видимо, нужно искать в других книгах. В словаре есть статьи про мусульманское образование в советский и постсоветский период, однако про дореволюционное образование раздела нет.

Авторы словаря настолько упорно избегают темы ваххабизма и терроризма, что порой это выглядит абсурдно. Так, в биографии богослова Валиуллы Якупова не написано, что он был убит именно террористами, а в биографии муфтия Илдуса Файзова вообще проигнорирован факт его тяжелого ранения той же террористической группой. Самое известное татарстанское медресе "Йолдыз" в Набережных Челнах, ликвидированное за подготовку боевиков, упоминается лишь мельком, хотя обо всех других современных медресе написаны отдельные разделы. О подрывах трубопроводов, поджогах церквей, минировании святых источников, ваххабитских бандах, впервые в России применивших ракетное оружие, автопробегах "Хизб ут-Тахрира" сносе ваххабитских мечетей, массовых увольнениях радикальных имамов написана ровно одна фраза: "В 2012–2013 годы было объявлено о ликвидации и арестах ряда представителей радикалов, но в целом ситуация продолжала оставаться стабильной" (с. 106).

Значительную часть объема словаря занимают маленькие, на пять-шесть строчек, статьи об имамах дореволюционного периода, о большинстве из которых точно известны только даты жизни и место служения. Вот их типичный пример: "Абдулгаффар б. Адельшах б. Халил (? – 1852) – рел. деятель. Имам и мударрис в с. Балтаси (ныне райцентр). Учителя – Сагид б. Ахмад б. Хусаин аш-Ширдани, Рахматулла б. Иманкол аль-Мамяши, Нигматулла б. Рахматулла ан-Наласави". Складывается ощущение, что таким нехитрым способом просто набиралось нужное число страниц. Современным мусульманским деятелям повезло значительно меньше – в словник не попали муфтии Татарстана по линии Центрального духовного управления мусульман (ЦДУМ) Габдельхамит Зиннатуллин, Фарид Салман Хайдаров и Фанавиль Шаймарданов, видные деятели ДУМ РТ Сулейман Зарипов и Наиль Сахибзянов. А вот ваххабитский проповедник Камаль Зант попал и удостоился большой благожелательной статьи. В маленькой статье про главу ЦДУМ Талгата Таджуддина подробно изложены перипетии его обучения в Бухаре, однако про избрание верховным муфтием и шейх-уль-исламом нет ни слова.

В статье "Исламоведение в Татарстане" перечислены десятки ученых, однако отдельных разделов из них удостоилось меньше половины. Среди современных исламоведов забыты Лариса Усманова, Дамир Шагавиев, Рафаэль Хакимов, Ринат Беккин, Раис Сулейманов, да и сам действующий муфтий республики Камиль Самигуллин. Может быть, стоило написать пару слов о Болгарской исламской академии и ее профессоре Абдурразаке ас-Сааади – все-таки он сейид, прямой потомок пророка Мухаммеда.

В заключение хотелось бы отметить, что целевую аудиторию вышеописанного словаря определить затруднительно. Высококвалифицированные специалисты, конечно, разберутся в его запутанной структуре, однако ничего нового для себя не почерпнут, а вот все остальные никакого целостного представления об исламе в Татарстане из этой книги не составят. Потому как, по сути, она не словарь, а сборник разнотипных статей, большая часть которых просто перепечатывает списки имамов из сборника "Асар" муфтия Ризы Фахретдинова.

Роман Силантьев




Источник: Независимая газета-Религия
Остальное по теме "Внутренняя деятельность":

Назад в раздел

Оставить комментарий:

Защита от автоматических сообщений